Сегодня, на очередном витке исторической спирали, татуировки перестали быть маргинальным явлением, они вновь приобрели широчайшее распространение и превратились в важную часть массовой культуры, «зацепив», в том числе, и евреев. Интересно, что автор комментария «Минхат хинух» писал около 150 лет назад, что он никогда не встречал ни одного еврея с надписью на теле.
Недавно один человек, позиционирующий себя в качестве соблюдающего заповеди еврея, заявил в печати что нанесение татуировки не запрещено Торой и допустимо, если эту татуировку наносит еврею мастер-нееврей, и если вытатуированное изображение наносится не в знак скорби, не содержит в себе элементы, связанные с идолопоклонническими культами, а сделано исключительно из любви к искусству. Это утверждение якобы обсуждалось предварительно с «очень большим раввином», который не нашел что возразить (раввин почему-то остался в публикации безымянным). В связи с этим сразу возникает несколько вопросов.
1. Правда ли, что Тора запрещает только такую татуировку, которая содержит идолопоклоннические элементы или нанесена в знак скорби?
2. Насколько обоснованно утверждение, что если мастер-татуировщик не является евреем, то еврею можно воспользоваться его услугами, и это не будет нарушением запрета Торы?
3. Даже если предположить, что при нанесении татуировки «ради искусства» не нарушается запрет Торы, нет ли здесь запрета мудрецов? А если такой запрет есть, то как быть с предписывающей заповедью Торы подчиняться словам мудрецов и поступать так, как они укажут?
Я постараюсь разобрать эти вопросы и наглядно продемонстрировать что не только «очень большой раввин», но и «маленький раввин», да и вообще любой человек, который умеет открывать наши книги, никак не смог бы согласиться с вышеприведенным утверждением. Забегая вперед, добавлю, что несмотря на то, что некоторые законоучителя действительно высказывали мнения, в чем-то совпадающие с различными частями данного утверждения – тем не менее, однозначных разрешений они не дали, и этого явно недостаточно чтобы разрешить нанесение татуировок. И ещё: поскольку запрещено не только наносить татуировку, но и быть объектом ее нанесения, то даже если татуировка делается посредством нееврейского мастера, это ничего не меняет, а по некоторым мнениям, даже усугубляет ответственность еврея-заказчика.
Написано в Торе (Ваикра 19:28): «…и наколотой надписи не делайте на себе. Я – Г-сподь». Запрет наколотых надписей обсуждается в Мишне («Макот» 21). Большинство мудрецов считает, что если еврей нанёс надпись, но не выколол, или выколол что-то на теле, но не нанёс надпись, то он не наказывается – наказание следует лишь в том случае, если он напишет и выколет чернилами, краской или любой вещью, которая оставляет след. Раби Шимон считает, что человек не наказывается до тех пор, пока не напишет и выколет имя. Тора запрещает также нанесение царапин и вырывание волос в знак скорби – это отдельный запрет, который тоже обсуждается в трактате «Макот» (20а), но он не является предметом обсуждения данной статьи.
Мудрецы Талмуда спорили о том, как правильно понимать слова раби Шимона в мишне. Рав Аха полагал, что по мнению раби Шимона еврей не заслуживает наказания до тех пор, пока не напишет именно эти слова: «Я – Г-сподь». Рав Аши возражал и приводил барайту от имени Бар Капары, который объяснял смысл стиха совершенно иначе: Всевышний говорит, что Он – Б-г, а не кто-то другой, поэтому нельзя писать на себе имени идола, и раби Шимон имел в виду, что еврей заслуживает наказания за татуировку только если написал на себе имя идола.
Риван, зять и ученик Раши, в своем комментарии к Талмуду предположил, что раби Шимон был согласен с «первым мудрецом» мишны, что запрещено вытатуировать любую надпись, но при этом считал что наибольшим нарушением будет являться татуировка, которая содержит имя идола, и именно такая татуировка влечет за собой наказание. Автор «Минхат хинух» (253.1) пишет что Риван пришел к этому выводу на основании слов раби Шимона в мишне. Поскольку дословно раби Шимон сказал, что человек «не заслуживает наказания, пока не напишет имя», то логично заключить, что запрещена любая надпись, просто не за любую следует наказание. Комментаторы-«ахароним» разошлись во мнениях относительно того, как следует понимать сказанное Риваном. Одни полагали, что «просто татуировка», согласно раби Шимону в понимании Ривана — это запрет мудрецов, а другие доказывали что это запрет Торы, за нарушение которого нет наказания. Но в отличие от Ривана, Ритва (в комментарии к трактату «Макот» 21) написал, что, по мнению раби Шимона, Тора запретила только татуировку с именем идола, а вот «просто татуировку» не запретила вообще.
Запрещена любая надпись или только имя идола?
По мнению большинства законоучителей, закон соответствует мнению «первого мудреца» в мишне, а не раби Шимона: человек заслуживает наказания за любую татуированную надпись. Так считают Рамбам, Ритва, автор книги «Хинух» и Тур («Йорэ Деа» п.180), так раби Йосеф Каро установил закон в «Шулхан Арухе» («Йорэ Деа» 180.1; смотри комментарии Шаха (п.2) и Гаона из Вильно (п.1)). «Первый мудрец» в мишне не назван по имени потому, что данное мнение разделяло большинство мудрецов, а закон, по общему правилу, устанавливается согласно мнению большинства. Тем не менее, в «Бейт Йосеф» раби Йосеф Каро привел слова рабейну Йерухама о том, что некоторые законоучителя все же установили закон в этом вопросе согласно мнению раби Шимона. Ритва (в комментарии на трактат «Макот» 20) и автор «Минхат хинух» (253.3) отметили что Риф установил закон в соответствии с мнением раби Шимона. Причиной данного решения Рифа явилось обсуждение мнения раби Шимона в Талмуде равом Ахой и равом Аши: по мнению Рифа, эти мудрецы Талмуда были согласны именно с раби Шимоном, ведь иначе зачем им обсуждать его мнение? Кроме того, барайта приведённая от имени Бар Капары, также соответствует мнению раби Шимона – следовательно, закон должен быть установлен согласно его мнению. Однако Ритва приводит возражения против этих доводов. Тот факт, что мудрецы Талмуда обсуждали сказанное раби Шимоном, вовсе не означает что они были с раби Шимоном согласны – они просто хотели понять его точку зрения. И невозможно строить доказательство лишь на том, что брайта, приведенная от имени Бар Капары, соответствует мнению раби Шимона, потому что получится что брайте отдано предпочтение перед мишной – более авторитетным источником, где большинство мудрецов, к тому же, не согласно с раби Шимоном. Это приводит нас к выводу что Тора запрещает татуировку с любым содержанием, и что за любую татуировку полагается наказание. Интересно, что даже Рамбам, будучи последователем Рифа, в данном случае предпочел отклониться от своего обычая и установил закон согласно мнению большинства мудрецов мишны, а не как Риф.
В любом случае, вопрос о том, соответствует ли закон мнению раби Шимона или «первого мудреца» – это вопрос наказания и только, поскольку Риван обосновал, что раби Шимон согласен с остальными в том, что запрет относится к татуировке с любым содержанием. И даже Ритва, который считал что раби Шимон разрешал наносить татуировки, если они не содержат имена идолов и не связаны с язычеством, сам, тем не менее, установил закон в соответствии с мнением большинства мудрецов, считающих, что запрет Торы и наказание за его нарушение относятся к татуировке любого содержания.
Татуировка запрещена, чтобы евреи не уподоблялись идолопоклонникам, или это безоговорочное указание Писания?
Риван, комментируя мнение «первого мудреца» в мишне, написал: «Надпись татуированная – пишет вначале надпись краской или чернилами, затем выкалывает на теле иглой или ножом, и краска затекает под кожу. Татуировка остаётся навсегда. Запрещено делать любую надпись на теле подобным образом, таково безоговорочное указание писания («гзерат а-катув»)». Т.о. Риван делает три утверждения, которые нужно обсудить.
1) Этот запрет – самостоятельное указание Писания.
Данное утверждение Ривана оспаривается рядом комментаторов. В частности, Рамбам («Илхот Авода Зара» 12.11), автор «Хинух» (253), Тур (п.180) написали, что причина запрета в том, что таков был обычай идолопоклонников, которые писали на себе: «Предан такому-то идолу, и приписан к его служению». Автор книги «Хинух» пишет, что «корень этой заповеди подобен запрету выбривания висков и всей головы… — отдалить все аспекты идолопоклонства от наших тел». Таким образом, получается, что «первый мудрец», по мнению Ривана, считал, что Всевышний говорит: «Поскольку Я – Всевышний, и спрошу с вас — вам запрещено наносить на себя любые надписи. Таково Мое повеление, которое вы обязаны исполнять, вне зависимости от того, понимаете ли вы причину — «гзерат а-катув»». А раби Шимон, с т.з. Ривана, спорит с «первым мудрецом» и говорит, что запрещено наносить именно надписи имён идолов, поскольку «Я – Б-г», а не кто-то другой. По мнению Рамбама и тех, кто согласен с ним, «первый мудрец» считал, что запрет касается не только нанесения имени идола (что следует из заключительной части стиха), но есть отдельный запрет нанесения других надписей, потому что Тора запрещает уподобляться идолопоклонникам: «Я – Всевышний», а не другой, поэтому запрещено писать на себе имя идола, и кроме того, «[любой] наколотой надписи не делайте на себе», чтобы не уподобляться идолопоклонникам. И тогда раби Шимон, который спорит с этим, считает, что все это нужно понимать как одну фразу: «Наколотой надписи не делайте на себе». Какой надписи? — «Я – Б-г», а не другой, поэтому не пишите на себе имена идолов.
2) Запрещенная вытатуированная надпись остаётся навсегда.
Риван написал, что наказание полагается за татуировку, остающуюся навсегда – т.н. «перманентную татуировку». Однако автор «Немукей Йосеф» считал, что еврей наказывается даже за временную татуировку, которая не останется навсегда. Важно отметить, что эти комментаторы обсуждают продолжительность существования надписи самой по себе, без внешнего вмешательства.
3) Порядок запрещенных действий такой, который описан в мишне — вначале надпись, а затем выкалывание, и человек «не заслуживает наказания до тех пор пока не напишет и не выколет».
Насколько важен порядок действий при нанесении татуировки? Риван написал, что человек сначала наносит надпись, а затем выкалывает. В отличие от него, Рамбам и вслед за ним «Шулхан Арух», описали иной порядок: вначале выкалывают, а затем наносят краску. Считают ли они человека заслуживающим наказания, если он действовал в том порядке, который описал Риван? Бах и Шах в комментарии к «Шулхан Аруху» («Йорэ Деа» 180.1) написали, что порядок не имеет значения и заслуживает наказания в любом случае, при условии, что оба действия – выкалывание и нанесение краски – имели место, а их порядок не имеет значения. Но в книге «Мишнат хахамим» (п.57) от имени Мааршаля написано, что Смаг, раби Овадья из Бартануры и другие комментаторы, согласные с ними, считали что еврей подлежит наказанию только тогда, когда вначале выколол, а затем нанёс краску, то есть действовал в той последовательности, которую привел Рамбам, а в противном случае он не подлежит наказанию. Можно объяснить это в соответствии с изложенным выше (п.1): По мнению Ривана, это безоговорочное указание писания, поэтому порядок не имеет значения. По мнению Рамбама, поскольку причина запрета в том, чтобы не поступать подобно идолопоклонникам, то запрещено наносить татуировку именно в том порядке, в котором их наносили идолопоклонники: вначале выкалывание, а затем заливание краской.
Однако Шах и Бах считали что порядок действий при нанесении татуировки не важен. В рамках их подхода причина запрета, изложенная Туром и Рамбамом (не уподобляться идолопоклонникам) – это не определение запрета, а лишь изначальная причина, не имеющая практического значения: если татуировка наносилась в ином порядке, нежели принятый у идолопоклонников, и даже если татуировка не похожа на те, что наносили идолопоклонники, она все равно запрещена Торой. Более того, Бах, который привел объяснение Рамбама и Тура, что по мнению «первого мудреца» в мишне причина запрета в отдалении от действий, совершаемых идолопоклонниками, в итоге приходит к заключению, что порядок нанесения татуировки не имеет значения. Т.е. Бах не видел здесь никакого противоречия: причина запрета, по мнению Баха, не влияет на ее рамки и определение. Поэтому единственное практическое следствие этой причины, указанное Бахом, состоит в том, что наносящий любые татуировки нарушает не только непосредственный запрет Торы их наносить, но и запрет «не следовать их (идолопоклонников) путям», и не уподобляться им.
Продолжим обсуждать высказанную Мааршалем идею о том, что запрет Торы, по мнению Рамбама и Тура, нарушается только тогда, когда татуировка наносится в том же порядке, в котором ее делали идолопоклонники. В книге «Гет пашут» определено, что наказание за татуировку положено только тогда, когда еврей делает ее с той же целью, что идолопоклонники, по всем их правилам и обычаям (приведено в «Минхат Хинух» 253.6). Автор «Гет пашут» написал, что, в соответствии с логикой раби Шимона, даже если еврей вытатуировал имя идола на рабе-нееврее, чтобы тому труднее было сбежать, то он освобождён от наказания, и что мудрецы, которые считали что наказание положено за любую татуировку, тоже должны освобождать от наказания за татуирование раба. Именно так установлен закон в кодексе «Шулхан Арух» («Йорэ Деа» 180.4) на основе написанного в Тосефте.
Но какое значение имеет намерение наносящего татуировку? Ведь он, в любом случае, нарушает запрет Торы! Автор «Гет пашут» объясняет, что если еврей наносит татуировку рабу и делает это не для служения идолам, а с целью предотвратить возможное бегство раба, тогда, поскольку еврей не намеревался при нанесении татуировки уподобляться язычникам, а как раз наоборот, предпочёл бы обойтись без неё (если бы у рабов не возникало желания сбегать), то он не подлежит наказанию. Но автор «Минхат Хинух» не понял и не принял этого объяснения, поскольку считал что причина запрета никак не влияет на его определение и рамки, и даже если запрещённое действие совершается с другой целью – как в обсуждаемом случае, когда татуируют раба, чтобы он не сбежал – действие все равно запрещено Торой. Кроме того, Рама в дополнении к «Шулхан Аруху» написал, что несмотря на то, что в этом случае нет наказания, делать такую татуировку все равно запрещено. Следовательно, отсутствие «идолопоклоннического» намерения не снимает запрет – во всяком случае, не может снять его полностью.
Другое объяснение позиций Тосефты и Рама, запретивших наносить татуировку рабу, несмотря на отсутствие наказания. От частного к общему: разрешено ли еврею наносить татуировку нееврею?
В респонсе «Нода бе-Йеуда» («Таньяна», «Эвен а-Эзер» 135) написано, что поскольку в стихе сказано «и наколотой надписи не делайте на себе», то запрет относится именно к евреям, однако еврею разрешено наносить татуировку нееврею – точно так же, как разрешено еврею выбривать виски нееврею, о чем написал Рама в примечании к «Шулхан Аруху» («Йорэ Деа» 181.5). Но нееврейский раб, который был приобретён евреем, и в связи с этим его обрезали и окунули в миквэ (поскольку так было предписано поступать с рабами-неевреями, которые приобретены евреями) — обязан в заповедях, и такому рабу запрещено выбривать виски («Шулхан Арух», «Йорэ Деа» 181.7). Однако в том случае, когда еврей приобрёл раба-нееврея, но не окунул и не обрезал его, поскольку изначально об этом условился, то данный раб обязан лишь в 7 Законах потомков Ноаха, как и любой обычный нееврей, и еврею разрешено наносить татуировку такому рабу. Автор «Питхей тшува» (180.2) добавляет, что исходя из написанного в «Нода бе-Йеуда» следует, что Рама, изначально запретивший наносить татуировку рабу, имел в виду такого раба, который обязан соблюдать заповеди.
Но автор респонс «Шоэль у-мешив» («Таньяна» 1.49) спорит с «Нода бе-Йеуда»: он считает, что Рама говорил о рабе, который не обязан в заповедях, и что еврею запрещено наносить татуировку даже такому рабу, и только если еврей нанес татуировку этому рабу с целью предотвратить его бегство, то этот еврей освобождён от наказания за содеянное. И конечно, в ситуации с рабом, который обязан в заповедях, не может быть никаких послаблений, каким бы ни было намерение еврея, нанесшего ему татуировку.
Автор «Нода бе-Йеуда» построил свой ответ на вопрос о том, разрешено ли еврею наносить татуировку нееврею, на словах Рама («Йорэ Деа» 181.5), который разрешил еврею выбривать виски нееврея. Но если мы внимательно посмотрим слова Рама, то мы увидим, что он, на самом деле, привёл два мнения. По первому мнению (комментарий Роша к трактату «Макот» и Тосафот к трактату «Назир» 57б) разрешено брить виски нееврею, но были и те, кто в этом сомневался (комментарий «Немукей Йосеф» к трактату «Макот»). На основании этого автор «Минхат хинух» (253.9) выстраивает аналогию: те, кто считает что еврею запрещено выбривать виски нееврею, будут придерживаться мнения что еврею запрещено наносить татуировку нееврею. Но Шах (в комментарии к «Йорэ Деа» 181.4) по поводу выбривания евреем висков нееврею написал что автор «Атерет заав» и Бах установили закон в соответствии с разрешающим мнением, и то же самое следует из вышеприведённой респонсы «Нода бе-Йеуда», где проведена аналогия между разрешением еврею выбрить виски нееврею и нанесением ему татуировки.
(Следует отметить, что «Нода бе-Йеуда» разрешил еврею наносить татуировку нееврею на основании толкования стиха: «…и наколотой надписи не делайте на себе» – именно на себе, что исключает неевреев. Забегая вперёд, отмечу, что эти слова в Торе, возможно, нужны не для того чтобы разрешить еврею делать татуировку нееврею (сузив запрет), а, наоборот, для того чтобы расширить запрет, научив нас, что нарушителями являются и тот, кто наносит татуировку, и тот, кому ее делают.)
Влияние причин заповедей на область действия запретов. Действует ли запрет в ситуации, когда причина запрета нерелевантна?
Здесь нам необходимо обсудить причины заповедей. Уделим внимание запрету брить края головы («Не округляйте краев [волосяного покрова] на головах ваших»), который созвучен запрету татуировки. Рамбам («Илхот авода зара» 12.1) написал: «Не бреют края голов так, как это делали идолопоклонники, как сказано: «Не округляйте краев на головах ваших»». Тур (п. 181) делает «замечание» Рамбаму: «Это (причина) не сказано прямо, и мы не должны искать причин заповедей, потому что они для нас как приказы царя, даже если мы не будем знать их причин». Но раби Йосеф Каро встал на сторону Рамбама и написал в «Бейт Йосеф»: «Рамбам считал, что несмотря на то, что все правила Торы — приказы царя, тем не менее, насколько мы можем найти причину им — будем искать причину, как раби Шимон, который толковал причины стихов. А то, чему не найдём причину, отнесём к нашему недалекому постижению. Такие заповеди мы будем обязаны исполнять наравне с заповедями, причины которых нам известны, потому что они для нас как приказы царя. Тем не менее, видится, что в этих заповедях Рамбам написал причину не от себя. Дело в том, что Рамбам увидел, что эта заповедь находится в окружении [других] заповедей, которые запрещают использование примет и удачных астрологических времён, [а также] запрета следовать религиозным обрядам язычников, написанных в Торе до и после запрета выбривать виски, из чего Рамбам заключил, что и эта заповедь вызвана тем, что нужно отдалиться от путей эморейцев-идолопоклонников, проживавших на территории Земли Израиля, которую евреи должны были занять». Рама в «Даркей Моше», в свою очередь, делает замечание раби Йосефу Каро: «Встав на сторону Рамбама и объяснив его приведённым выше образом, «Бейт Йосеф» тем самым приписал Туру подозрения в отношении Рамбама, не подобающие мудрецу. Ведь только недалекие вероотступники могут подумать, что заповеди нужно исполнять только если их недалекий разум понимает их. Но нет мудрецов, которые могли бы так подумать. Поэтому невозможно представить, чтобы Тур подумал так о Рамбаме». Поэтому Рама объясняет слова Тура иначе: Тур не имел в виду, что мы не должны толковать причины стихов – просто мы не в праве на основе наших представлений об этих причинах утверждать, что запрет относится исключительно к таким способам выбривания висков, которые использовали идолопоклонники и жрецы, служащие идолам. Запрет касается любого способа выбривания, поскольку причина (отдаление от идолопоклоннических практик) не сформулирована в данном стихе прямым текстом и, следовательно, мы не сможем разрешить выбривание висков в тех случаях, в которых не применима эта причина.
Итак, автор «Бейт Йосеф» объяснил, что Тур спорит с Рамбамом и считает, что заповеди это абсолютный императив, т.е. соблюдение той или иной заповеди вообще никак не зависит от возможного незнания или непонимания нами ее причин. А Рама объяснил спор Тура с Рамбамом иначе: согласно Туру, причина заповеди, если она не написана в Торе прямым текстом, не поможет снять запрет в тех случаях, когда предполагаемая причина нерелевантна, даже если эта причина и кажется нам очевидной. Таз в своем комментарии к «Шулхан Аруху» (там же, 181.1) изложил точку зрения, схожую с объяснением Рама: Тур не согласен с Рамбамом, который считает что причина запрета выбривать виски в том, что нельзя уподобляться идолопоклонникам, ведь будь это на самом деле так, у нас было бы разрешение выбривать виски в некоторых случаях – например, «ради мира с царством» (если таково требование нееврейских властей). Но данная причина не написана в стихе о выбривании прямым текстом, а это значит, по мнению Тура, что запрет не ограничен данной причиной, и никакого разрешения нет.
Любопытно, что сам Тур, который спорил с Рамбамом в том, что касается запрета выбривания висков (пар. 181), написал выше (там же, пар. 180) что запрет наносить татуировку вызван необходимостью отдалить евреев от уподобления идолопоклонникам, т.е. согласился с Рамбамом! Бах предложил способ разрешить это противоречие: из высказывания раби Шимона в мишне следует, что запрет наносить татуировку дан потому, что еврею нельзя наносить на себя имя идола, как следует из слов «Я – Б-г» (а не другой), однако мудрецы, которые считали что запрет касается любой надписи, как следует из первой части того же стиха («…и наколотой надписи не делайте на себе»), согласны, что запрет любых татуировок вызван той же причиной – необходимостью отдалиться от любых практик, напоминающих идолопоклоннические (на что указывают слова «Я – Б-г» в конце стиха). Таким образом, и раби Шимон, и большинство мудрецов согласны, что причина запрета исходит из самого стиха, причем по всем мнениям, и поэтому Тур согласился с Рамбамом в вопросе о татуировках.
Тем не менее, все еще остается открытым вопрос о том, действует ли запрет на татуировки там, где вышеуказанная причина данного запрета не релевантна. По мнению Рама, вполне возможно что запрет снимается, поскольку в случае с татуировками причина следует из самого стиха – в большей степени, чем в случае с запретом выбривать виски. На это можно возразить, что причина запрета татуировок все же не написана в стихе прямым тестом, и поэтому, возможно, эта причина не повлияет на область действия запрета. Но автор «Бейт Йосеф» понимал спор между Туром и Рамбамом иначе, сведя его к вопросу о заповеди как условном или безусловном императиве. Возможно, именно поэтому Бах написал что Тур привел данную причину запрета татуировки для того, чтобы сказать, что еврей, который наносит татуировку, нарушает не только запрет ее наносить, но и другой запрет — уподобляться и следовать религиозным обрядам идолопоклонников. При этом данная причина не имеет никаких других практических следствий. Кроме того, не стоит забывать о том, что Риван вообще не согласен с причиной запрета нанесения татуировки, о которой пишут Рамбам и Тур. Риван считал, что это безоговорочное указание Писания, и что в стихе не объясняется причина запрета – по крайней мере, по мнению большинства мудрецов. Т.е. мудрецы, в отличие от раби Шимона, не связывали этот запреты с идолопоклонством.
(Приведу ещё один пример, когда причина запрета не повлияла на практику. Согласно Рамбаму («Илхот маахалот асурот» 9.2), «Тора не написала прямо запрет употреблять в пищу мясо с молоком, поскольку запретила даже варку — [следовательно,] употребление в пищу уже сваренных мяса с молоком [запрещены] тем более». Раби Йосеф Каро в комментарии «Кесеф мишна» объяснил слова Рамбама следующим образом: варка мяса с молоком запрещена Торой для того, чтобы человек не пришел к тому, чтобы съесть их вместе. Но сам Рамбам в книге «Морэ невухим» (гл. 48) написал, что запрет варки — самостоятельный запрет Торы, и он не связан с тем, что человек мог бы прийти к тому чтобы есть запрещенную смесь мясного с молочным, если бы было разрешено варить их вместе. Идолопоклонники варили мясо с молоком для своих идолов, и Тора запретила варку мяса с молоком для того, чтобы отдалить евреев от идолопоклонства. Подобным образом объяснял этот запрет и автор книги «Хинух» (заповедь 92), написавший что варка мяса с молоком связана с колдовством, и поэтому запрещена Торой.
Автор респонс «Довев мейшарим» (ч. 1 п. 30) обсуждает вопрос: разрешено ли химику произвести лабораторный анализ на наличие в смеси ингредиентов мяса и молока, если проверка связана с варкой, и есть опасение, что в ходе лабораторного анализа он нарушит запрет варки мяса с молоком? В начале обсуждения он предположил, что это разрешено, ведь если исходить из причины, приведенной в «Кесеф мишна», запрет варки мясного с молочным в Торе нужен для того, чтобы люди не пришли к нарушению запрета употребления этой смеси в пищу. Поэтому если варка производится для того, чтобы установить наличие в продукте мяса и молока, и конечная цель этой варки в том, чтобы в случае обнаружения этих ингредиентов в смеси не допустить употребление продукта в пищу — то варка разрешена. Тем не менее, в конечном счете автор «Довев мейшарим» не решился положиться на причину чтобы разрешить запрет, потому что в плане практического применения мы не толкуем причины, по которым, как нам кажется, Тора запретила то или иное действие. Ведь мы не можем быть уверены в том, что понятая нами причина — единственная, как и в том, что наше понимание этой причины верно. И тем более не готов он был разрешить подобное, положившись на то, что речь идет о химике, который производит лабораторный анализ, а запрет вызван отдалением от уподобления идолопоклонникам, поэтому в его случае химического анализа это разрешено.)
Взято из канала: «Мир Торы»
Продолжение следует О ЗАПРЕТЕ НАНЕСЕНИЯ ТАТУИРОВОК. ЧАСТЬ 2
